Наводка объектива на глянец. Репортаж с фэшн-съемки в Италии. «Натали Турс» (с). Часть 1.

Мне 26 лет, я сижу в автобусе, едущем в Мальпенсу, и ем детский жевательный мармелад из пакетика, хотя могла бы купить нормальный бутерброд, как это сделали взрослые. Взрослые смеются сзади. Оборачиваться, чтобы узнать причину, почему-то не хочется. Перед лобовым стеклом маячит панорама звездного неба. Только что слева мелькнул замок, который мы видели четыре дня назад по дороге из Мальпенсы. Раз примерно восемь видели – водитель нещадно плутал и вез нас вместо положенных двух с половиной часов всю ночь.

Тогда было не до смеха. В сотый раз проезжая мимо указателя «Аоста», он бросил руль, воздел руки к небу и принялся витиевато ругаться на итальянском языке. Судьба фэшн-съемки для глянцевого журнала, ответственность за которую лежала на моих плечах, решалась в эти секунды где-то в созвездии, предположим, Волопаса.

Не помню, сколько звездочек было у малоизвестного коньяка, который пили в самолете визажистка Гуля и фотограф Федор – но подействовал он здорово. Довольно быстро от рейтинга любимых Гулиных актеров (Мишка Ефремов, Женя Цыганов, Пашка Деревянко) и прочих профессиональных разговоров собеседники перешли к вопросам метафизики, а конкретнее - онтологии. «Только не надо запариваться, – говорила Гуля. – Чем сильнее ты хочешь чего-то, тем труднее оно тебе достанется». «Но как же так, – горячился Федор. – Чтобы чего-то добиться, надо пахать! У меня 26-я съемка за месяц!» И в качестве последнего аргумента мы стали слушать «Спасибо» Земфиры – 4-ю, 7-ю и 11-ю песни.

В Милане нас, спасибо, ждал автобус, куда были погружены 12 чемоданов и два чехла со сноубордами. Водитель с респектабельной бородкой сомнений в профпригодности пока не вызывал. Федор, пробормотав что-то про 26-ю съемку, заснул младенческим сном. А вот Гуля так просто не сдавалась. Ей хотелось пьянствовать и веселиться. Пары малоизвестного коньяка искали выхода – и они его нашли. 4-ю песню в ту ночь мы с группой выучили наизусть. Я проваливалась в сон, просыпалась, смотрела в окно, слушала айпод – и каждую секунду была готова к «Сотри меня… Смотри в меня... Останься»… Гуля отрабатывала концерт честно – чистым голосом и без фонограммы, хотя бы минусовой. Я ворочалась на заднем сиденье, подложив под голову синего слона, и – запаривалась.

Частично, впрочем, из-за сноуборда, судьбу которого я перестала отслеживать на этапе выхода из аэропорта. Картина «Мальпенса. Очень одинокий чехол» терзала мое воображение, пока не раздался бодрый голос спереди. «Разбудите Полину, – произнес он. – Водитель не знает дороги! Возможно, она заинтересуется». «Мог ли человек, не знающий дороги, вовремя сфокусироваться на сноуборде?» – немедленно заинтересовалась я и проснулась.

Аосту к нашему прилету припрятали между Шамони и Турином, и так удачно, что надежд сменить слона на нормальную подушку с каждым маневром было все меньше. Водитель, бородка которого уже никого не могла обмануть, игнорировал заведения, где подсказали бы дорогу, зато чуть ли не силой вынимал водителей из попутных машин.

Тем временем Гуля бродила по автобусу с фотоаппаратом. Когда-то в письме человеку, которому мне ужасно хотелось понравиться, я выдумала журнал Funeral – так вот, изображение меня с закрытыми глазами и руками, сложенными на груди, могло бы стать его первой – и блестящей – обложкой. Но фотоаппарат, к сожалению, был утрачен в ту же ночь.

А спас нас оператор уборочной машины.

Наводка объектива на глянец. Репортаж с фэшн-съемки в Италии. «Натали Турс» (с). Часть 2.

Ужинаем вечером в отеле после бессонной ночи и трудного съемочного дня. Наша модель Юля в макияже и при исполнении – вылитая Рената Литвинова, считает Федор. (Через пару дней выяснится, что вторая модель Соня с распущенными волосами чем-то напоминает Земфиру). Сегодня «Ренату» сажали на джип с колесами в цепях и в куртке нараспашку снимали у замерзшего озера. Если тут кто вдруг завидует моделям. В итоге Юля и вся группа довольно быстро пришли в состояние озера и отогревались ромом.

На столе вино – у Федора день рождения, и он произносит вдохновенный тост. Мол, никогда не доводилось отмечать с семью женщинами! Мол, спасибо, что нашли возможность! И, кстати, не захватил ли кто вчера из автобуса пакет со второй бутылкой малоизвестного коньяка?

Выслушав Федора, непьющая на земле Гуля принимается мрачно припоминать подробности прошлой ночи. Мы, шесть нечутких женщин с хорошей памятью, с удовольствием поддерживаем разговор.

Гуля: Все врывается в нашу жизнь стремительно. Вот и Третье кольцо уже забито, как Садовое. Я очень шумела вчера?

Женя: Знаешь, мы себя чувствовали как училки: строгие, трезвые.

Я: Сегодня ваша очередь петь Земфиру! Слова-то выучили уже поди.

Гуля: Я, кстати, под Земфиру вот так ездила (поднимает обе руки с воображаемого руля).

Федор: по Третьему кольцу?!

Женя: Еще мы были в городе. Там есть интернет-клуб с одним запыленным компьютером и аптека без продавца.

Гуля: Понимаете, я ужасно боюсь летать. В прошлый раз возвращались из Латинской Америки со съемок клипа. Я пришла в себя на посадочной полосе уже – на ноге синяк, мини-юбка где-то у горла, рядом трезвый недобрый Опельянц. Я, оказывается, все им честно рассказала, что о них думаю, пока летели.

Федор: Ну понятно, откуда синяк.

Женя: Федя, как же так – у тебя день рождения, а мы без подарка!

Я: Что же вы ничего не купили Федору в аптеке?

***

Кофе идем пить к камину. Федор достает «Мак» - показывать сегодняшние фотографии.

Женя: Вот удачный разворот! Можно на нем что-нибудь написать – кто делал съемку или историю какую-нибудь.

Я: Давайте благодарность «Натали Турс» напишем!

Разговор шипит и потрескивает, как огонь в камине: методы обучения в Киношколе (Федор), кошка Оксаны Фандеры (Гуля), жена Тимура Бекмамбетова (Федор), 31 школа (Женя). Я кормлю печеньем собаку и слушаю одним ухом про Цыганова и Колокольникова, а вторым – как ветер свистит в желтых елках за окном.

Наводка объектива на глянец. Репортаж с фэшн-съемки в Италии. «Натали Турс» (с). Часть 3.

Век живи, век учись. Я выясняю, что одежду для фэшн-съемок подбирают в шоу-румах специальные люди, которые называются «стилисты». Модели обнаруживают, что в горах холодно и лежит снег. Поэтому, бросив на промежуточной станции пакеты с трофеями из шоу-румов, мы предаемся спонтанному шопингу. В частности, Юля покупает теплые сапоги, в которых не страшен никакой фэшн.

Перед съемкой, впрочем, в интересах кровожадного искусства сапоги приходится сменить на уместные в кадре, но совершенно чуждые ландшафту туфли. Юля покорно располагается на фоне гор, затмевая своей красотой вальдостанские четырехтысячники. Гуля занимает стратегическую позицию с отражателем.

«Нужны эмоции, – восклицает Федя, бегая вокруг, – покажи нам радость! Покажи нам гнев!» Юля мерзнет, вертится, насупленно смотрит из-под бровей, но настоящего гнева не получается. Тогда Федя аккуратно кладет Юлины сапоги на серый щебень, садится на них и, довольный, начинает снимать крупные планы.

***

Этот ужин проходит не так оживленно, как предыдущий. Во-первых, у Жени кончился ром, а у Федора – день рождения. Во-вторых, в ресторане постоянно гаснет свет. Наконец появляется менеджер отеля и говорит, не скрывая худших опасений: «Проблема у кого-то из вас в номере». Все пожимают плечами и переглядываются. Менеджер уходит. Федор: «Признавайтесь, у кого кипятильник?»

В условиях сомнительной иллюминации закипают обычные для пресс-туров разговоры из серии «Семь человек ушло в город. А ВЕРНУЛОСЬ ТОЛЬКО ТРОЕ!» К ночи поминают «Десять негритят». В разгар беседы Гуля уходит покурить, вслед ей несутся зловещие предсказания и советы держаться подальше от бассейна. Официанты шушукаются – мы предполагаем, что относительно числа приборов для завтрака. На шведском столе кто-то замечает диск «История фашизма».

Однако назло пророчествам и вопреки законам хоррора (зато как всегда в пресс-турах) Гуля возвращается невредимой. «Кипятильник выключила?» – интересуется Федор. За столом повисает разочарованная тишина. Восемь человек, которые могут поговорить примерно обо всем, но им лень, дуют на горячее и ждут общей темы.

Я, созрев: Федя, а сколько у тебя… объективов?

Федя: Эээ… Ммм… Я не знаю, как отвечать на этот вопрос не буквально. В конце концов, за столом есть еще люди.

Женя, оптимистично: Отчего же, нам очень интересно про объективы! Только не подумайте, что мы подслушиваем!

Федя: Семь.

Снова повисает пауза, грозящая затянуться. Однако помощь приходит, откуда не ждали.

– А я не люблю цифру «7», – решительно говорит Соня.

Все, восторженно выдохнув: Почему? Неужто есть причины?

Женя напевает: Первая причина…

***

Федя громко возмущается, что на столе нет докторской колбасы. Это вторая больная тема после несостоявшегося подарка из аптеки.

***

Юля, в свою очередь решившись привлечь всеобщее внимание: Некоторое время назад я полюбила каши. Все началось с отравления в Крыму, после которого я месяц ничего не могла есть. Уже собралась умирать.

Я: И решила рубануть напоследок кашки!

Гуля, меланхолично: В нашей семье это называется «М-к на паузе». Когда у человека чувство юмора есть, но он его включает время от времени.

Прокомментировать это м-ков не находится.

Наводка объектива на глянец. Репортаж с фэшн-съемки в Италии. «Натали Турс» (с). Часть 4.

За желтыми елками по очереди загораются звезды. Я читаю глянцевый журнал, зимние выпуски которого, смею надеяться, украсит наша съемка. Сегодня была Сонина очередь эстетично мерзнуть на фоне Альп, но с утра подъемники не работали из-за ветра. Поэтому Соню переобули в горнолыжные ботинки, небрежно окутали пуховиком и поставили на скамеечку ждать автобус, изящно касаясь рукой указателя.

Кадр№2. С трудом отняв замерзшие пальцы от указателя, Соня присаживается на бревна, удачно оказавшиеся на пути съемочной группы. Из аксессуаров отметим рацию, не менее удачно найденную у Жени.

КадрN3. Кабинка заработавшего подъемника. Позади Сони статисты – двое плечистых ремонтников в оранжевом. На одном очки Dolce&Gabbana из того же благодатного источника, что и рация.

Кадр№5. Проталина снега, слева ратрак, справа победно улыбающаяся Соня. За кадром – попранная в правах японская съемочная группа, намеревающаяся отомстить нашим за все, включая Маньчжурию и Порт-Артур.

Это я узнала за ужином. А пока за елками вспыхивают желтые звезды, глянцевый журнал кончается, и ему на смену приходят «Джазовые портреты» Мураками. Красивая была утром импровизация на бревнах, думаю я. Как у вибрафониста Лайонела Хэмптона в «Звездной пыли», играющей у меня в наушниках. За окном осень, но атмосфера совершенно рождественская.

***

Женя: Эту оставляем, а тут слишком большой живот.

Федя: Улыбка некрасивая – сотру

Юля, осторожно оглядываясь на Соню: А вот этот крупный профиль на фоне заката ничего!

Женя: Так, сплошной каталог «Спортмастера». Удаляй!

Юля: А когда снимали, что думали? Когда клали Соню в снег, а Федя агрессивно выдергивал из-под нее утеплитель?!

Федя, ехидно: А кто говорил, что он не нанимался пакеты носить?

***

В дьюти-фри начинается форменное сумасбродство. Гуля и Федя спорят, чем отличается Врубель от Рубенса. Юля покупает ребенку куклу с непомерно длинными ногами. Реально, две трети куклы составляют ноги. «Юля, - говорю я ей экстатически, - искусство, нацеленное на детей, должно повторять реальность, а не издеваться над ней! Какое представление о мире ты создашь этой куклой у девочки! Она же жизнь положит на безуспешные поиски оригинала и от отчаянья уйдет в баскетбол!» «Значит, ты ничего не имеешь против чернокожих людей и монголов, - не сдается Юля, - а невинной кукле отказываешь в праве на существование! Это наглядная иллюстрация к дарвиновской теории эволюции! Это борец за свой вид!»

За окном мигает взлетная полоса, похожая на рыбу. «Не рви пакет, - стонет Юля, - я в нем понесу!» Я, булькая от смеха, делаю из синего слона верблюда и полнюсь подозрениями, что через таможню нам куклу не пронести – подпадет под категорию «наркотическое вещество».

Осень в Италии

Очень скоро вместо желтых иголок ветер будет пускать по ветру снежные хлопья, а на смену бледным девушкам и рыбакам в резиновых сапогах придут румяные горнолыжники. Но пока осень на западе Италии мешает охру с меланхолией и заказывает музыку у композиторов сосновой волны.

Фэшн-съемка в февральском журнале "Мини". Организация поездки в Итальянские Альпы - "Натали Турс"

А это красивая девушка Соня, появление которой мы, пожалуй, приурочим к завтрашнему празднику - Дню св. Валентина. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы такие Сони украшали и наши будни.

Фэшн-съемка в январском журнале "Мини". Организация поездки в Итальянские Альпы - "Натали Турс"

Зима продолжается, так что вот вам для поддержания духа красивая девушка Юля, которая не без нашей помощи оказалась в Альпах, да еще и в веселой компании, почитать про которую можно тут.